Когда кончается топливо...

Та самая праздничная неделя в Местерьярви закончилась на 16 часов раньше отведенного ей срока. То есть, по всем параметрам — кроме одного — нам полагалось жить в доме отдыха еще денёк. Кроме, повторюсь, одного. У нас кончился спирт.

В два часа ночи.

Непредсказуемо.

Вот буквально еще вот только что — был, а тут — р-р-р-аз!- и кончился.

Сборы были недолгими. Сколько времени требуется, чтобы собрать с двадцати человек деньги, найти две пустые литровые бутылки, свериться с внутренним компасом, получить напутствия от оставшихся и выйти в ночь, на тридцатиградусный мороз? Правильно, секунд пять. Мы застегнулись, получили от Макса вразумительную инструкцию «где-то там есть деревня, там наверняка гонят самогон, по дороге обратно — не отмечайте каждый поворот, ну, с Богом!» и двинули в неизвестность.

Как-то так получилось, что в это пешее путешествие отправилась достаточно разношерстная кампания. Некий Жорж, прославившийся накануне тем, что, улегшись спать на полу, в процессе сна — закатился под кровать и был задвинут какой-то сумкой. Сцену его пробуждения наблюдали все, включая дежурную по этажу, прибежавшую на крик. Это был классический персонаж, страдавший от недостаточного внимания противоположного пола, и тушивший страсть в вине. Страсть, впрочем, шипела пренеприятнейше, но не угасала. Выпить — без ощутимого вреда для окружающих — Жорж мог граммов сто пятьдесят.

Ваш покорный слуга являлся держателем общака. И переносчиком тары.

Путеводной звездой взалкавшей нектара группы соискателей — была красавица по имени Мария, учившаяся то ли в медицинском, то ли в хореографическом; длинноногая жгучая брюнетка, мечта аксакала. Она уверенно двигалась в направлении мерцающих вдалеке огней и не обращала на нас с Жоржем никакого внимания.

Я опущу малозначительные подробности петляния по заснеженному полю, с целью найти «тракт — по нему идти легче». Не буду долго рассказывать, как мы постучались в единственную избу, в которой горел свет, и на крыльцо вышел злобный абориген с двустволкой. Я уже не вспомню сейчас, как я оправдывался перед ним за позднее вторжение (с тех пор я знаю, что когда мне в грудь смотрит заряженное ружье, моё красноречие ощутимо повышается). Опущу я и трагически подсмотренную картину предпродажного спрыскивания самогонки дихлофосом. Суть в том, что поставленную перед нами задачу мы с честью выполнили. Единственная проблема заключалась в том, что мы не имели ни малейшего представления, в какую нам сторону нужно идти, чтобы вернуться назад.

Я отказал Жоржу в идее пойти спросить того, с ружьём. Я отказал Марии в предложении идти по лунной дорожке. Я просто пошел вперед.

На обратном пути было холодно. Мы грелись, отмечая повороты через один — чтобы не нарушать данного обещания. Довольно скоро Мария стала передвигаться грациозно, как лань, а Жорж уподобился ленивцу. Они висли на мне, жарко дышали с разных сторон мне в уши и настаивали на продолжении банкета. Я, в свою очередь, вглядывался в темноту и прикидывал, когда нас начнут искать с вертолетами.

Как всегда, спасло провидение. Жорж настоял на внеплановом повороте, который был тут же отмечен. Закусив снежком, мы повернули, и в пятидесяти метрах увидели главные ворота дома отдыха. В воротах стояли Макс, моя жена, еще какие-то люди. Выражения их лиц не сулили нам ничего хорошего. Светало.

Я подошел к Максу, передал ему своих попутчиков, к тому моменту уже совершенно не державшихся на ногах. Передал ему остатки самогонки. И понял, что миссия выполнена. В следующую же секунду я рухнул лицом в снег.

Уже падая, я разобрал возмущенный голос Макса:
— Сигарет вы, конечно, купить не догадались.

skip_previous     toc     skip_next