Соблюдение этикета

В конце девяностых я работал в одной программистской конторе, напрямую подчиненной американской софтверной корпорации. Дела наши шли на первых порах прекрасно, все были полны радужных надежд. По этому поводу примерно каждые полгода американское руководство посещало Питер с благосклонным визитом, и излишки денег, сэкономленные на нашей зарплате, пускались на наше увеселение. А именно, всех нас кормили обедом в хорошем ресторане.

Особенно запомнилась мне вторая такая пьянка.

Метрдотели Палас-Отеля, увешанные галунами, что твоя портьера в пивной на Гороховой, смотрели на небрежно одетых программистов снисходительно. Двери перед нами не открывали; весь персонал старался в убедительно-показательной манере продемонстрировать нам свое пренебрежение. Пробираясь бочком, мы расселись за укрытыми хрустящими скатертями столами, робея от обилия приборов. Официанты стали разносить аперитив.

Когда за наш стол, за которым сидело десять человек, надменно изогнувшийся официант учтиво поставил одну бутылку сухого, я понял, что пора брать инициативу в свои руки. Я подозвал этого слугу народа, и попросил его принести сразу по три бутылки красного и белого и бутылку водки.
— Мы здесь потом разберемся сами, спасибо, — предупредил я возникшие вопросы.

Моя просьба была исполнена. На наш стол поглядывали с вожделением соседи, смаковавшие уже битый час содержимое своих аперитивных наперстков. Мы по сторонам не смотрели. Праздник продолжался.

Перед очередной сменой блюд, два официанта выбрали для беседы место прямо за моим стулом, и я невольно услышал их диалог:
— Хе, у шефа проблемка.
— А чего такое?
— Сейчас устрицы подавать; Зинка не может ножи найти.
— Ну и чего? Ты глянь, — я затылком почувствовал презрительный взгляд, обводящий зал,— надо им сказать, пусть подают мясные. Все равно здесь, — опять этот взгляд, — никто не заметит.
— Да, так и сделают. Но все равно…
— Ой, да ладно тебе!

Я развернулся и поманил одного из них уверенным жестом.

Надо сказать, что за несколько дней до этого мой темперамент заядлого спорщика довел меня до того, что я вляпался в дискуссию о столовых приборах; проспорив две бутылки коньяка на распространенном поверии, будто «рыбу — ножом?!», я проштудировал несколько талмудов в библиотеке. Картинки с ножами для лимона и пинцетами для мяса омаров снились мне по ночам. Я в тот момент мог наощупь отличить зубцы на разных типах вилок. И я поманил официанта.
— Милейший, — радостно улыбаясь, мятным голосом сказал я, — видите ли, мясной нож совершенно не подойдет. Во-первых, он слишком длинный; во-вторых он прямой и гнется. Кроме того, я совершенно случайно обратил внимание на то, как вы сложили пять водочных бутылок из нашего холодильника в пакетик, а пакетик вынесли за пределы зала. Так что я вам искренне не советую подавать мясные ножи. Отсутствие пищевой бумаги я вам прощу, пораниться я не боюсь. Но вот еще пару бутылок водки — в компенсацию — за наш столик, пожалуйста, принесите.

И, не переводя дух, принялся рассказывать бородатый анекдот своему соседу по столу.

Минуты через три меня осторожно тронули за плечо. Перегнувшийся в поясе чуть не пополам официант, дыша мне в ухо, свистящим шепотом проговорил:
— Простите, у нас действительно проблема. На ваш стол ножи, разумеется, нашли. И еще на три стола. Но на всех их не хватит. И это очень прискорбно.

Он сделал паузу для того, чтобы выставить в середину нашего стола поднос, уставленный разнообразным спиртным в причудливой формы бутылках, и снова вернулся ко мне. И чуть ли не себе под нос пробормотал:
— Так если вас не затруднит, покажите, кто еще разбирается?

skip_previous     toc     skip_next