≡ CC BY 3 ≡

Кинетическая аксиоматика 2014-08-10

Я, конечно, отдаю себе отчет, что периодически занимаюсь довольно странным делом: воюю с ветряными мельницами, построенными из кружевного словесного бессилия наших записных либералов сформулировать внутренне непротиворечивый текст. Но я чувствую необходимость писать хотя бы по триста знаков в ответ на каждый многотысячный опус, который случайно попался мне на глаза. Даже если хоть один человек прочтет это и задумается — я буду считать свою миссию выполненной.

Скажите еще спасибо, что Быков, вроде, на волне своего ура-нигилизма разучился не только рифмовать, но и вообще писать связно. А то бы я и на его поэтическое веретено лаял.

Очередной текст в «Снобе» прекрасен всем. Тегом «покаяние» (каждый раз, когда всуе выворачивают это слово наизнанку, мне стыдно перед Тенгизом Абуладзе). Объемом (на философском факультете, что, учат писать тексты ни о чем такого невообразимого размера?). Риторикой. Но самое прекрасное, конечно же, как всегда — логика. Здесь для наебки читателя использован классический пример фиктивного силлогизма. Профессионалы, виртуозно владеющие этим приемом, обычно скромничают в применении, выводя сомнительными переходами ложные постулаты из верных посылов. Автор этой статьи поступил гораздо изящнее. Он просто строит свою аксиоматику, противоречивую, сомнительную, зачастую очевидно неверную, — со скоростью набора текста.

Этим емким словом [Запад — АМ] принято обозначать всю приверженную либеральным ценностям часть человечества, хотя чаще всего речь идет о политическом руководстве США и ЕС.
Григорий Гутнер — «Сучок в чужом глазу»

«Хуяк, и червонец в кармане», — как говорил один из героев «Заповедника». Политическое руководство США и ЕС сразу привержено либеральным ценностям. Первый камень в фундамент новой аксиоматики заложен. Это же не требует аргументов, правда? А главное, оцените, как изящно.

одного [вопроса — АМ], кажется, не вызывает: воссоединенная Германия не стала ни для кого источником угрозы

Не вызывает? У меня лично вызывает, но дело даже не в этом. Какое прекрасное слово: угроза. Вы боитесь, что Германия сбросит на вас ядреную бомбу? Нет? — Ну вот и договорились. Когда речь зайдет про Россию (только ленивый идиот не сравнил Россию с Германией, это клише — как Отче наш, никогда не лишнее, если других аргументов нет) — трактовка слова «угроза» изменит направление вектора на диаметрально противоположное, но кто ж вспомнит-то.

Дальше там еще столько прекрасного, что я даже комментировать не стану. Вот цитаты, пунктиром, наслаждайтесь (выделение — мое):

Масса — это множество атомизированных и фрустрированных индивидов, лишенных нормальной жизни в обществе.

Главное чувство, консолидирующее массу — обида. [] Оно с легкостью плодит реальных и мнимых противников.

есть весьма авторитетная рекомендация — извлечь бревно из своего глаза прежде, чем указывать на сучок в чужом.

Слов много, если читать бегло — можно даже не заметить, что смысла в них нет.

Ладно, дело-то даже не в этом. Если вылить из текста всю воду, выбросить сравнения с пост-нацистской Германией и отказаться от аргументации в формате «в огороде бузина, а в Киеве дядька» — то останется абсолютно верная (правда, не очень оригинальная) мысль: «толпа — плохо, индивидуум — хорошо».

С этой мыслью я абсолютно согласен. Но странно выражать ее пережевыванием той же жвачки, которую пососали и выплюнули уже, кажется, все люди определенного круга. Особенно — в расчете на публику, которая толпой соберется вокруг и устроит овацию второго рода (когда хлопают потому, что не услышали ничего нового).

Спасибо, я высказался.

Отсеваем лишнее 2014-08-06

Если вы не можете ответить правильно на три простейших вопроса — вам нечего делать на этом сайте.

Лучше один раз увидеть 2014-08-05

Тем временем, оказывается, я (что вы, что вы) такое же быдло, как и вы. В смысле, не умею мыслить абстрактно. Точнее, мыслить-то, надеюсь, умею, а вот верить в намысленное — уже нет. Щеголяя налево и направо шибболетом «сиеста», я в глубине души наивно полагал, что это красиво вымерший вместе с появлением кондиционеров атавизм.

Ну да, ну да.

Выскочил сейчас за сигаретами. Отраву тут можно купить либо в табачных лавках, либо в автоматах, установленных почти во всех кафе. Но в автоматах выбор ограничен, да и не попрактиковаться в языке особо. Так что я предпочитаю с ними не связываться.

Так вот, в 16: 30, оказывается, закрыты не только все до единой табачные лавки, но и подавляющее большинство кафе, кроме совсем уж китайских и пакистанских. Эти даже по воскресеньям работают. Еле нашел автомат, курю теперь крепкий Хэджес. В качестве расплаты за неверие в традиции.

Кстати, «сиеста» в переводе с испанского — это «где-то так, шесть-семь». Судите сами: seis + siete = la siesta.

Широкими мазками 2014-08-05

Совершенно неожиданно понял со всей неотвратимостью: мои современники не умеют мыслить на микроуровне.

Вот, допустим, раньше. Лет, скажем, триста тому назад. Понадобилась тебе телега. Ты идешь к кузнецу, он тебе кует что-нибудь важное, без чего телега не поедет. Затем берешь пилу, идешь в лес. Валишь дуб, или, там, платан. Тащишь его домой. Выстругиваешь доски, подгоняешь. Колеса — тоже целая история, спицы ведь из того же дерева точатся. В результате у тебя получается средство передвижения, про которое ты понимаешь все: почему на ухабах стучит справа сзади, как правильно опрокинуть стог, куда посадить бабу Маню, с какого дышла пристяжная хрипит и так далее.

Не то нынче. «Add телега to your cart» сильно портит шаблоны поведения, не говоря о мировосприятии и мышлении. Мы склонны обобщать все до максимально доступного макроуровня. Если есть гипероним — используем его; если нет — создаем и используем. Для любого понятия, фразы, жеста, случайной мелочи.

Я заметил, что мало кто способен определить контекст, выделить его из замкнутой системы «галактика и окрестности» и дальше рассуждать в построенной аксиоматике. Супруга любит меня огорошить вопросом:
«Ты любишь бисквит?». Это — оно. Гиперонимизация частностей. На этот вопрос у любого нормального человека не может быть заготовлен бинарный ответ. Вечером — люблю, а вот завтра с похмелья — прям ненавижу. С чаем — вполне, а с гороховым супом — так себе. Кусочек — не откажусь, но три килограмма не осилю.

Так же и в суждениях. Похвалить афоризм, авторство которого приписывают, скажем, Геббельсу — чуть ли не преступление против человечности. Да не становится умная мысль глупее от того, что сформулировалась впервые у подонка. И хуже не становится. И флюидами проказы не покрывается.

Я это собственно к чему. Поймал себя на том, что фактически каждый более-менее развернутый комментарий в интернете уже года три начинаю с неизменной вводной «безотносительно контекста». Потому что спорить по существу в сети — это извращение за гранью моей толерантности. Я лишь указываю не совсем уж безнадежным людям на нестыковки в их плавных обобщениях.

К сожалению, в последние месяцы это тоже перестало работать. А и действительно, если я не разделяю тех же политических доктрин, что и автор — мое суждение о вкусе астраханской дыни вряд ли должно быть ему хоть сколько-нибудь интересно.

Тройская унция никотина убивает коня

О космополитизме 2014-07-27

Как-то так получилось, что я не чувствую привязанности к месту. Родился я в Ленинграде, пожил на Крите, потом снова в Ленинграде. Уехал на несколько лет в Германию, вернулся обратно. Жил в Москве, Нижнем Новгороде. Сейчас вот свалил в Барселону.

Мне везде комфортно. Я знаю всего три места на земном шаре, куда я точно не готов уехать на сколько-нибудь значимый промежуток времени: Белоруссия, США и Израиль. Я не люблю, когда мне навязывают слишком много нелепых правил. В остальном мире я чувствую себя своим.

При этом я всегда считал себя либералом. Я нетерпим к человеческой глупости, и это немного портит общую картину, но я работаю над собой. Ко всему остальному я отношусь с пониманием. Буквально: ко всему остальному. Мне доводилось интересно проводить время с настолько заскорузлыми личностями, что у большинства моих читателей волосы бы дыбом встали при одном их виде. Я был бы готов ехать во Владивосток в одном купе с Геббельсом, Манделой и Голдой Меир.

И тут внезапно приходят какие-то сраные нонконформисты с куцыми мозгами, делят мир на черное и белое полушария, наклеивают ярлыки на все, что шевелится и объявляют себя либералами. Основной их принцип: не бывает правильного мнения, отличного от нашего. Ну ок, чё, если они либералы — то я уж точно нет. Потому что я все еще позволяю им иметь собственное мнение и дискуссию веду (если вдруг выпью лишнего, или излишняя филантропия захлестнет) исключительно с позиций банальной логики.

Еще я крещеный православный. Я крестился по собственному желанию, в 16 лет, в Грузии. Мне близки очень многие постулаты этой конфессии. Но, блядь, если Кирилл — наш вождь, то где тот стол, куда можно выложить свой партбилет?

Наконец, я русский. Во мне есть грузинская кровь, немного сербской. Но мой родной язык — русский, я вырос в русской среде и воспитан русской культурой. И тут какие-то херы с гор начинают говорить от лица русских. Да идите, господа, в жопу, пожалуйста. Говорите от своего никчемного имени. Я за себя как-нибудь сам справлюсь ответить.

Самое постыдное, что весь этот сброд в последнее время жутко девальвировал ценность слов «либерал», «православный» и «русский». Хорошо, что я все-таки сперва космополит.

LIFO, или коммунизм откладывается 2014-07-24

Как нам услужливо подсказывает Wikipedia, LIFO is an acronym that stands for last in, first out.

У нас на работе есть кофейный аппарат. Который варит вкусный кофе из правильных капсул, если в него бросить ¢40. Сдачи, подлец, он при этом не дает. Но запоминает, что теперь у него на счету положительный баланс. На маленьком кривеньком табло появляются алые цифры. Баланс будет расходоваться при следующем нажатии кнопки «налей».

Мир с появлением этого агрегата наполнился многообразием эволюционных кривых: можно бросить туда сорок центов, можно сходить в кафе напротив и разменять евро, можно бросить два евро и налить в большую чашку пять эспрессо, можно оставить сдачу на балансе аппарата.

Я, естественно, сразу попытался поиграть в социальную игру «оазис коммунизма». В офисе работает больше пятидесяти человек, кофе пьют почти все. Я задался целью накопить на балансе червонец. Я рассуждал так: пришел ты за кофе, а на табло горят циферки. Ну ты понимаешь, что это чужие центики. Кошелек же у коллеги со стола ты не пиздишь, вроде бы. Ну и если ты уже пришел к этому кофе-шайтану, то у тебя наверное в потном кулачке зажата мелочь, охочая до монетоприемника. Ну и я стал оставлять по десять-двадцать центов после каждого наливания кофе. Для затравки, так сказать. И процесс пошел. На следующее утро на балансе у парогенератора было почти три евро. Казалось, что к пятнице я докажу возможность построения товарно-денежного коммунизма в отдельно взятом офисе.

Так нет. Максимум, который машине удалось аккумулировать, составлял четыре с половиной евро. Потом наиболее бережливые догадались, что просто мироздание заботится о наличии у них бесплатного кофе после обеда. С тех пор больше тридцати центов на балансе не скапливается.

Кофейный автомат превратился в банальный LIFO-стек. Люди, вы звери.

Фауменизм 2014-07-23

Я вообще-то, конечно, не против, чтобы у женщин были такие же права, как у мужчин.
Например, право встать на час раньше, быстро воспользоваться ванной, сварить мне кофе. Съездить вместо меня в ИКЕЮ, чтобы привезти тяжелый неудобный матрас. Да хоть почесать яйца — я совершенно не против.

Проблема в том, что суфражистки современности хотят получить права слишком уж однополярные: к возможности голосовать добавилась необходимость занимать руководящие должности и (в случае успеха) платить за себя в кабаке.

Тут супруга на днях принесла с курсов испанского прекрасную историю. Класс разбирал картинки с разными ландшафтами и отвечал на вопрос: «что нужно взять с собой персонажам, чтобы не пропасть в этом месте». На одной из мизансцен Пабло и Хуанита сидели в кафе. Когда варианты полезных аксессуаров из аудитории подошли к концу, преподавательница удивленно выпалила: «А кошелек? Никто не упомянул, что Пабло должен не забыть дома кошелек, чтобы заплатить за Хуаниту!».

По аудитории пронесся шелест недопонимания. Канадка и голландка изумленно переглянулись. Моя жена, кажется, единственная поняла, о чем вообще речь.

Я считаю, что испанская нация морально совершенно здорова, хотя бы потому,
что у них до сих пор принято приглашать даму в кафе и не делить счет пополам. Причем, равноправия здесь в сотни раз больше, чем в какой-нибудь Германии. За рулем такси, автобуса и мусоровоза — женщин полно́. В телевизоре — тоже. В правительстве. Им не нужно покупать себе независимость за четыре евро (кофе, булочка и скромные чаевые).

Парковочное место 2014-07-20

Каждый раз, заезжая в гараж, чувствую себя толстухой, собирающейся на встречу выпускников: «Влезу, или не влезу?».

Вообще говоря, почти все местные гаражи отлично подойдут в качестве площадки для сдачи на права. Заехал, припапарковался, выехал, поцарапал не больше одного крыла и снес не больше двух зеркал — молодец, ездить умеешь, сдал. Не думал, что когда-нибудь это скажу, но: жаль, что у нас не правый руль. Потому что в положении «выкл» выйти можно только через пассажирскую дверь. Тренируюсь в акробатике, спасаю мужественность от посягательств ручного тормоза.

На пляже сегодня видел дивную картину: единственное свободное парковочное место сантиметров на двадцать шире машины. Чувак заехал до половины, вылез, закрыл все двери, затолкал автомобиль руками до упора, подпер колеса камнем (нейтраль же) и пошел купаться. Наши люди, какой-нибудь немец до этого никогда бы не додумался.

Вид из окна офиса 2014-06-13

У меня из окна офиса виден долгострой и башенные краны. А у вас?